Путешествие в Тибет. Часть 5

Окрестности Лхасы

Как бы не была красива Лхаса, но, чтобы понять, что такое
Тибет, нужно выезжать за пределы столицы. В этом помогают многочисленные туристические агентства.

Мы нашли небольшую конторку, в закутке прямо на центральной
улице. Тибетец, который, наверно, работал там менеджером и продавал путевки,нехотя оторвался от общения в аське (очень странно видеть, асечный треп, набранный на тибетском языке) и так же лениво подал нам «меню». В бородово-коричневой папке на ксерокопированных листочках были набраны маршруты.
Можно было поехать на один день в какой-нибудь монастырь или отправиться на 15 дней на Кайлаш – священную буддийскую гору. Цены – очень, к слову, не маленькие, сильно зависели от того, закрыта эта территория или нет.

Мы остановились на трехдневном маршруте озеро Намцо плюс два
монастыря.

За 3500 юаней нам достался синий старый джип и водитель,
который не словечка не говорил по-английски, а только широко улыбался.

На следующее утро, мы погрузили в машину наши спальники и
рюкзаки и поехали.

Дорога

От Лхасы до Намцо три часа пути. У водителя с собой было две
кассеты – одна с безумным китайским диджеем, который кричал что-то вроде «камон, еврибади» поверх чьих-то песен, а вторая – тибетские напевы. Все это к концу путешествия мы знали наизусть.

Водитель взял с собой в путешествие подружку, которая сидела
в багажнике и тихонько щелкала семечки. Только на самых опасных участках дороги она принималась, то ли напевать, то ли молиться.

Мы ехали и не могли поверить в то, что видим. Рерих со
своими разноцветными горами оказался прав – они действительно бывают фиолетовыми, красными, желтыми, ярко-зелеными, пепельно-серыми и почти прозрачными. Некоторым облакам было лень перелезать через верхушки, и они так и оставались ночевать на горном боку.

Горы – они живые. Пока ехали мы встретили яков, козликов,
овечек, баранов, зайцев, лошадей, стервятников и орлов. Все эти звери там бегают, едят, охотятся и ведут себя очень естественно. Такое ощущение, что они действительно там живут, а не просто части специально сделанной для нас «потемкинской деревни».

Гораздо реже, среди животных попадаются люди — женщины в
ярких платках убирают сено, мужчины ездят на тракторах на куче хвороста,молоденькие девушки пасут овец, ребятишки просто бегают туда-сюда. И все эти люди отвлекаются от работы, чтобы улыбнуться нам и помахать рукой.

Чтобы доехать до Намцо, нужно преодолеть перевал высотой 5100 метров. Такое же ощущение, как и при посадке на самолете, только тут машина, которая медленно-медленно карабкается на высоту. А мы в ней. Уши закладывает, в голове пытаются взорваться воздушные шарики, и очень плохо слышно, что говорят тебе твои попутчики. Но это и неважно, потому что чувства у всех в тот момент одинаковые.

На пике стоит украшенный ленточками несчастный як и
приставленные к нему ряженые тибетцы, которые очень назойливо предлагают сфотографироваться за деньги.

Мы проигнорировали и их, и яка и отправились дальше.

Небесное озеро

На тибетском языке «Намцо» значит «Небесное озеро». В исторических документах говорится, что это озеро — словно небо на земле, поэтому оно так и называется.

К югу от озера расположены горы Ньенчен-Тангла с вечными
снегами, на севере и западе – плато и холмы, вокруг него – широкая степь и хорошие пастбища. Озеро лежит на высоте 4718 метров, с востока на запад его протяженность составляет 70 км, с юга на север – 30 км, площадь водного зеркала – 1940 кв. км. Озеро Намцо является первым по величине в Тибете. И это самое высокогорное соленое озеро в мире.

Мы приехали, поселились в шатры с кроватями – единственное
место, где можно остановиться – 35 юаней с человека и в твоем распоряжении кровать, два одеяла и прикроватная тумбочка.

Мы кинули рюкзаки, и пошли смотреть на «Небесное озеро». И
тут у нас закончились слова. Потому что это выглядело, как первые дни сотворения мира, как пейзаж на незнакомой планете, как Рай. Это озеро обнимают горы с заснеженными вершинами, оно имеет все оттенки синего, оно нежно шелестит волнами, и белоснежные облака почти касаются воды.

Мы сидели на теплых камнях и любовались его прозрачностью,
его цветом и его невероятностью. Примерно через час, мы все-таки решили, что пора идти дальше – потому что, окрестности озера тоже обещали много чего интересного. Мы поднялись…и я поняла что не могу идти. И вовсе не из-за того, что Красота сбила меня с ног, а просто – на меня вот так внезапно и коварно напала горная болезнь.

До палатки я добиралась где-то около получаса, хотя идти до
нее от силы минут 10 – за несколько шагов, я расплачивалась безумным головокружением, тошнотой и слабостью. Поэтому друзья оставили меня в палатке – закутали в спальник и одеяла, вручили четки в руки, чтобы было не так грустно – и ушли смотреть на закат.

Намцо – Монастырь номер Один

Конечно, этот монастырь имеет Название и Историю. Смешно, но
никто из нас четырех не может вспомнить сейчас его название. В моих путевых заметках он обозначен, как Рамоче, но писала я это в слегка невменяемом состоянии – из-за все той же горной болезни и довольно тяжелой дороги. Но Рамоче находится в Лхасе, а до этого монастыря мы ехали от Намцо по бездорожью около четырех часов. Поэтому пусть он будет просто Первый монастырь.

По дороге китайский диджей истерично кричал нам: «Камон
лэдис энд джентельментс», а подружка водителя тихонько то ли молилась, то ли напевала.

Первым, кого мы увидели, когда заехали в ворота монастыря,
был Олень. Олень – настоящий, живой, с рогами. Он вышел из леса и решил отдохнуть на территории монастыря, среди спящих собак и работающих монахов.Олень посмотрел на нас и наш фотоаппарат с царственным спокойствием, пошевелил ушами, и погрузился в свои мысли. Явно о чем-то важном.

Мы побродили по монастырю, полюбовались на тисы. Друзья ушли дальше, а я опять осталась сидеть на камнях – абсолютно без сил. Тут-то я и познакомилась с местными жителями.

Местные жители были представлены в лице трех юношей, смуглых и хулиганистых. Боковым зрением я заметила, что они идут ко мне и насвистывают. Я продолжала смотреть на долину с философским видом и не обращала на них ровно никакого внимания (во-первых, немного страшно, во-вторых, приличные девушки на свист не
реагируют). Мальчишки остановились. Посовещались. Один закурил сигаретку и вразвалочку направился ко мне. Его джинсы были заляпаны разноцветной краской, и он улыбался.

— What is your name? – спросил он.

Я ему улыбнулась и спросила то же самое.

Это сбило его с толку. Он повернулся к своим друзьям, начал
им что-то быстро-быстро говорить. После стратегического совещания, он обратился ко мне на-тибетском. Подумал, наверно, что так до меня дойдет быстрее.

— А я тебе по-русски отвечу, ничего?

— О. – озадаченно ответил юноша.

А потом он обаятельно улыбнулся и очень естественно сказал:
«I love you». Наверно, все, что знал по-английски.

Монастырь Номер Два

До второго монастыря мы ехали часов шесть. Дело в том, что
все достопримечательности Тибета располагаются друг от друга на довольно приличном расстоянии. И шесть часов от одной точки до другой – это Мелочи.

Во время пути нам с Таней показалось, что наши внутренние
органы поменялись местами. Вите и Жене было немного веселее, они где-то в середине пути начали пить пиво – сразу после того, как мы застряли посередине горной речки. Машина немного повозмущалась, но минут через десять все-таки поехала.

И, наконец, когда уже стало темнеть, мы увидели наш монастырь Номер Два (название которого тоже осталось неизвестным). Монастырь был врезан прямо в середину горы. К нему вела узенькая-узенькая тропка, по которой наш водитель решительно направил машину, распугивая гуляющих там яков. Где-то далеко внизу лежала деревня, и было понятно, что в случае чего лететь достаточно долго. Мы посмотрели в пропасть и переглянулись. «Камон» — закричал
диджей.

Мы поселились в заведение с громким именем Hotel, прямо при монастыре. На выбор предлагались комнаты с двенадцатью или с двумя кроватями.

Ужинали там же – единственное блюдо – это трехюаневая лапша
с кусочками резинового мяса яка. Вкуснейшая еда на земле. Потом вышли в ночь, кажется, единственные туристы здесь, не считая, такой же замученной китайской троицы. Мы немного посмотрели на звезды — крупные, алмазные, яркие и почти сразу отправились спать – не имея сил даже, чтобы разговаривать.

А утром – утром вышли прямо в фильм «Семь лет в Тибете».
Кто-то включил на кассетнике жутковатые напевы монахов, внизу – под ногами лежали квадратные поля, шевелились черные точки яков, на нас смотрели горы, и мы заняли очередь за монахом – чистить зубы. После того, как мы осмотрели и этот монастырь – пришло время возвращаться в Лхасу.

Переполненные красивейшими пейзажами, мы вернулись в город,
где была горячая вода, вкусная еда и даже кофе. Настоящее счастье.